Триггер

Артемий постоянно считывал себя специалистом эмоциональной практики. Его метод был основан на нестандартных раскладах и неустрашимых экспериментах, которые, после его мнению, споспешествовали совершенному самопознанию. Он смеется над традиционными методами, злонамеренно вышвыривает своих больных изо площади комфорта, доказывая их ударяться с внутренними трепетами и переживаниями. Данный подъезд приковывал многих, и его деятельность процветала. Артемий был уверен, что экий подъезд возможно повергнуть к настоящему исцелению, впрочем он не постоянно проектировался о последствиях своих действий. Единожды к нему для блок наступил мужчина по имени Игорь, некоторый мучался через депрессии и ощущения безысходности. Артем, воодушевленный своим методом, постановил протянуть эксперимент, который, по его мнению, вынужден был помочь Игорю. Он стал стимулировать его, принуждая его ударяться с самыми нездоровыми факторами изо прошлого, не осознавая, сколь такое может существовать разрушительно. Игорь, казалось, пробовался свериться с натиском, но в глубине дави копил аффект и отчаяние, какое в результате повергло к трагичному финалу. Иногда Артемий разузнал о самоубийстве Игоря, его мир рухнул. Он почувствовал, собственно говоря метод, некоторый он находил эффективным, поворотился насупротив него. Зов замерз мучить его угрызениями совести, и он начал осмысливать, будто свободно возможно преступить границу промежду поддержкой и вредом. Сегодня он торчал накануне выбором: возобновлять руководствоваться своему методу, или пересмотреть свои фокусы и научиться существовать больше проницательным к своим пациентам. Такой случай замерз ради него не исключительно собственной трагедией, однако и уроком, некоторый модифицировал его жизнь и практику навсегда.